Гений XX века: чем запомнился Генри Киссинджер
За долгую карьеру Генри сумел добиться завершения войны Судного дня и посодействовал окончанию конфликта во Вьетнаме, за что получил Нобелевскую премию. Он также представил план по установлению контактов США с Китаем и разрядил напряжённые отношения с Советским Союзом. После ухода в отставку Киссинджер продолжал общаться и консультировать мировых лидеров, сообщил сайт BFM.ru.
Генри сыграл большую роль в дипломатической жизни Вашингтона и всей мировой истории XX века. Он был приверженцем политического реализма, а его цинизм очень критиковали либералы. В чём его только не обвиняли: и в госперевороте в Чили в 1973 году, и в убийствах представителей режима Сальвадора Альенде, и в неверной тактике переговоров во Вьетнаме, и в тайных бомбёжках Камбоджи. Но в последние десятилетия к Генри прислушивались в Белом доме, а республиканцы испытывали к нему огромное уважение.
Киссинджер много раз бывал в России. В 1994 году в своей книге «Дипломатия» он отметил двойственность и противоречия между чувством уязвимости и мессианством, что свойственно российской истории. Генри написал: «Доведённая до предела двойственность рождает страх, что империя взорвётся изнутри, если не продолжит расширяться».
В 2007 году экс-госсекретарь подчеркнул, что Москва и Вашингтон взаимодействуют две сотни лет, и полвека Генри принимал активное участите в этом процессе. Владимир Путин вспоминал Киссинджера как профессионала своего дела: ведь он относился к международникам, чьи взгляды близки российским традициям. Генри выступал за политический реализм, упор на баланс сил и договорённости о сферах влияния. И это при том, что он ни разу не исходил из российских интересов.
С самого начала СВО Киссинджер активно комментировал ход военных действий, призывая Киев к переговорам с Москвой. Генри заявлял, что идея включить Украину в состав НАТО была «серьёзной ошибкой», которая и спровоцировала конфликт. Однако с развитием событий он поддержал вступление Украины в блок после прекращения огня. Примечательно, что администрация Джо Байдена и сам американский президент не посчитали нужным продолжать традицию предшественников и встречаться с Киссинджером. Подобное поведение весьма показательно, учитывая, что абсолютно все президенты до Байдена считали необходимым поговорить с Генри как с олицетворением внешнеполитической американской школы.
