Иран готов к новым атакам
Однако гораздо важнее другое – как Иран намеревается дальше выстраивать свою военную политику, и готов ли он её скорректировать с учётом вероятности новых атак Израиля и США. А они весьма вероятны: израильские официальные лица неоднократно угрожали повторить атаки в случае продолжения Ираном ядерной программы, а 28 июля Дональд Трамп заявил, что Иран «посылает очень плохие сигналы, очень неприятные сигналы», и пригрозил новыми ударами. «Если они это [возобновление ядерной программы] сделают, мы уничтожим его быстрее, чем вы успеете махнуть пальцем. Мы сделаем это с радостью, открыто и с радостью», – сказал Трамп.
Сигналы Иран посылает однозначные: он готов к новой конфронтации. Тегеран сразу заявил, что продолжит ядерную программу, и не будет допускать инспекторов МАГАТЭ, а министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи потребовал от США возместить ущерб, нанесённый июньскими бомбардировками. Это может быть расценено только как откровенный вызов. Таким образом, Иран не боится войны-продолжения, хотя и прекрасно понимает, что она, скорее всего, произойдёт. По-видимому, в Тегеране просчитали возможные варианты новой войны, и вероятные цели израильских или израильско-американских ударов. И решили, что они окажутся менее разрушительными, чем июньские.
Ядерные объекты Ирана с большой долей вероятности действительно уничтожены или сильнейшим образом повреждены в ходе 12-дневной войны. Большой ущерб также нанесён иранским ПВО и ВВС. Возникает вопрос: а что, собственно, будут бомбить израильтяне и американцы в ходе второго раунда конфликта? Министр обороны Израиля Исраэль Кац угрожал ликвидировать верховного правителя Ирана аятоллу Хаменеи, а израильские СМИ задолго до июньской войны рассуждали о возможности уничтожения нефтегазовой инфраструктуры Ирана. Также упорно, хотя и крайне туманно, высказываются предположения о демонтаже политической системы Исламской республики, и замене её на некий другой режим, дружественный Западу и Израилю.
Судя по всему, в Тегеране считают, что все эти угрозы невыполнимы. Аятолла Хаменеи вряд ли боится смерти – хотя бы по религиозным соображениям: гибель от рук врага сделает его мучеником, обеспечив ему пребывание в раю, а шииты всего мира получат нового великого мученика, что сплотит их вокруг режима. Хаменеи уже выбрал трёх возможных преемников, и не опасается краха режима в случае своей гибели. Кроме того, ликвидация главы государства, сколь бы враждебным оно ни было, стало бы беспрецедентным шагом для Израиля. Его осудил бы весь мир (может быть, за исключением США), критически ухудшив и без того трудное положение Израиля. Да и зачем израильтянам уничтожать Хаменеи, если они понимают, что проку от этого не будет?
Снос нефтегазовой инфраструктуры Ирана – более реалистический сценарий, который действительно может спровоцировать полный крах экономики страны. Однако в Тегеране, похоже, уверены, что израильтяне и тем более американцы на это не пойдут. Крах иранской экономики будет означать чудовищный хаос в огромной стране. На поверхность в этом случае выйдут совершенно неуправляемые силы, которые наверняка окажутся куда более радикальными и антизападными, чем нынешний режим. И это не говоря о том, что уничтожение иранской «нефтянки» вызовет бесконтрольный рост цен на нефть на мировом рынке, которого Трамп точно не хочет.
По поводу смены режима в Тегеране, судя по всему, беспокоятся меньше всего: 12-дневная война не привела к сколько-нибудь серьёзным антиправительственным выступлениям, а оппозиция и эмиграция не смогли сделать чего-либо большего, чем выступить с очередными заявлениями. Ни наследный принц Реза Пехлеви, попытавшийся объединить вокруг себя оппозицию, ни почти забытые «моджахедины иранского народа», ни национальные движения не смогли воспользоваться бомбардировками Ирана для достижения каких-либо целей. А это значит, что они не смогут воспользоваться и новой войной.
В этой ситуации новые атаки на Иран, в общем-то, бесполезны. Для Израиля они могут стать только лишь отчётом правительства перед общественным мнением: мол, мы на страже, и продолжаем давить врага. Для Трампа они будут означать исполнение угроз: я пообещал громить Иран, и выполняю обещание. Но достаточно ли этого для новой войны – большой вопрос. Тем более, если Иран новой войны не боится, а её цели неопределённые и трудновыполнимые.
Текст подготовил: историк, политический аналитик Евгений Трифонов
Озвучил: Михаил Волков
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
