Рабочая партия Курдистана не сдаётся, но переходит к легальной борьбе
За годы войны РПК, хотя и не смогла нанести турецкой армии поражения, превратилась в крупнейшего выразителя чаяний турецких курдов. Партизанские отряды РПК, не сумев создать освобождённые районы в Турецком Курдистане, проникли в курдские районы Ирака и Сирии, обеспечив себе (особенно в Сирии) прочную опору среди курдского населения. В 1991 году, после «Бури в пустыне», Иракский Курдистан получил автономию. РПК сыграла большую роль в организации там органов власти, и боеспособной армии – знаменитых «пешмерга», в 2015 году выбивших террористов из Мосула.
В Сирии в 2012 году, после начала гражданской войны, отряды РПК способствовали появлению автономии курдов в регионе Рожава, и стали основой местной армии – 65-тысячных Сирийских демократических сил, сыгравших большую роль в разгроме ИГИЛ* (террористическая организация, запрещённая в России). Проникла РПК и в Иран: там её активисты сформировали из иранских курдов партизанскую группировку «Пежак» (Партия свободной жизни), но она не достигла таких успехов, как её иракские и сирийские соратники.
В самой Турции курды, через европейские СМИ и парламентариев, способствовали давлению на Анкару с целью прекратить дискриминацию курдов, и добились успехов. Курдский народ был признан, язык – разрешён. Появились издания на курдском языке, а в парламенте – прокурдские группы, а затем и партии. Сейчас прокурдская партия «Демократия и равенство народов» (ДПН) – одна из крупнейших в парламенте и в местных органах власти на востоке Турции.
К настоящему времени ситуация выглядит так: в самой Турции вооружённых отрядов РПК практически не осталось, но связанные с ней легальные структуры сильны и авторитетны. В Иракском Курдистане правительство автономии вынужденно, под угрозой военного вторжения Турции, открестилось от РПК, однако в горах остаются её военные базы. Сирийская Рожава, напротив, представляет собой автономию, напрямую управляемую активистами РПК и их сирийскими единомышленниками. Но надо учитывать, что сирийские, иракские и иранские формирования, хоть и связаны с РПК происхождением и идеологией, имеют другие задачи, и действуют в совершенно других условиях. Поэтому соглашение РПК с Анкарой на них не распространяется.
Основатель РПК Абдулла Оджалан, ставший для турецких курдов непререкаемым авторитетом и национальным лидером, был арестован турецкими спецслужбами ещё в 1999 году, и отбывает пожизненное заключение. Из тюрьмы он несколько раз призывал РПК сложить оружие и самораспуститься, но эти призывы долгое время игнорировались соратниками, как сделанные под давлением.
Но на последний его призыв руководство РПК отреагировало серьёзно. Вряд ли из-за того, вдруг Оджалан сумел каким-то образом достучаться до сердец соратников; по-видимому, дело в том, что они сами пришли к выводу о бесперспективности продолжения вооружённой борьбы. В конце концов, она ведётся за пределами Турецкого Курдистана, и преследует цели, далёкие от нужд турецких курдов. В самой же Турции РПК создали довольно эффективные механизмы легальной политической борьбы, которым акции остаточных партизанских групп скорее мешали.
Сейчас курдское движение – неформальный блок политических и общественных организаций, у истоков которых стоит РПК – борется за укрепление демократических институтов, играя на противоречиях между правящей Партии справедливости и развития Реджепа Эрдогана, и социал-демократами из Республиканской народной партии. Некоторые эксперты полагают, что последнее обращение Оджалана было инициировано Эрдоганом, решившим «оторвать» курдское движение от социал-демократов, и сделать одной из опор своей власти. Так это или нет, сказать трудно, но даже в этом случае курдское движение, избавившись от подозрений в причастности к терроризму, становится сильнее и влиятельнее.
Таким образом, РПК не сдаётся: она переходит к легальной борьбе. Подобно сальвадорскому Фронту национального освобождения имени Фарабундо Марти (ФНОФМ), сложившему оружие, а потом неоднократно побеждавшему на выборах, и руководившему страной.
*ИГИЛ – террористическая организация, запрещённая в России.
Текст подготовил: историк, политический аналитик Евгений Трифонов
Озвучил: Михаил Волков
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
