Трудовая и прочая миграция: что, кроме запретов?
Сейчас со всех сторон раздаётся довольно много предложений, которые, как правило, сводятся к тому, чтобы ужесточить условия для приезжающих в Россию гастарбайтеров. Предложения эти носят, как правило, популистский характер и затрагивают лишь отдельные аспекты миграционной политики на фоне отсутствия комплексных и конструктивных предложений, которые содержали бы что-то кроме запретов и ужесточений.
При этом в самом Крыму мигрантов относительно мало, и приток их идёт на спад. Крымская экономика в незначительной степени зависит от иностранной рабочей силы. Тем легче призывать к тотальному ужесточению во всероссийском масштабе. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года в Крыму идёт резкое снижение количества мигрантов. С начала года на миграционный учёт поставлен 42 501 человек, тогда как в прошлом году – 88 726. Раньше в Крым приезжали в основном жители разных областей Украины, теперь же жители присоединённых регионов получили российские паспорта и уже считаются гражданами России.
Между тем, российская экономика в её нынешнем виде не может обходиться без иностранной рабочей силы. В стране падает численность трудоспособного населения. За последние десять лет – с 85 до 77,8 миллиона человек (54,3% населения).
Для преодоления негативных трендов в демографии нужно не одно десятилетие, и пока обнадёживающих предпосылок к этому нет: уровень рождаемости по-прежнему значительно ниже уровня простого воспроизводства. Также в России низкая производительность труда, что требует избыточной по сравнению с развитыми экономиками рабочей силы. Производительность труда в России отстаёт от США в 5 раз, а от Германии – в 3 раза. При этом доля иностранных работников в российской экономике не превышает 5%, тогда как в ЕС эта доля уже сейчас выше 10%. Так что нынешний уровень нельзя считать критическим.
Число только легальных гастарбайтеров к 2030 году составит минимум 3,5 миллиона человек. Это по оценке Минтруда. Но по некоторым данным, на начало текущего года в России уже находилось 6,5 миллионов иностранцев, подавляющая часть которых в той или иной форме была занята в экономике. Ранее Владимир Путин оценивал численность трудовых мигрантов в России в 10 миллионов человек, а нехватку рабочих рук в стране – в 2,5 миллиона.
Что делать, чтобы контролировать трудовую миграцию лучше? Нужно начать с того, чтобы создать универсальную систему контроля и учёта. Её сегодня нет. Отдельно есть система квотирования, по которой (сроком на год) по конкретным специальностям гастарбайтеры въезжают на основе рабочей визы. На текущий год квота составила 156 тысяч человек. Отдельно есть система трудовых патентов (для граждан безвизовых стран). В прошлом году их действовало примерно 2 миллиона.
Для граждан Белоруссии вообще предусмотрен отдельный порядок, они никак не ограничены в праве на работу. Для граждан Армении, Казахстана и Киргизии также не требуются разрешительные документы для работы. Есть ещё отдельные межправительственные соглашения с Таджикистаном и Узбекистаном: они охватывают сотни тысяч мигрантов. Помимо всего этого существует большой перечень профессий, по которым гастарбайтеры могут работать вообще вне квот.
Очевидно, что на этом фоне есть здравое зерно в предложении МВД и Минцифры перевести учёт всех въезжающих в страну трудовых мигрантов на единую цифровую основу с применением биометрии. Помимо этого, следует всё-таки применять универсальный подход к трудовым контрактам для всех иностранцев, отдавая преимущество для граждан ЕАЭС. Есть опыт ОАЭ, где все въезжающие работники уже имеют на руках примерно одинаковые контракты. В случае потери работы, гастарбайтеры должны быть ограничены в праве просто «шататься по стране» в поисках случайных заработков. Не нашёл новую работу в определённый срок – просим на выход.
Что касается переезда в Россию на долгосрочную основу, то следует, видимо, рассмотреть практику Канады и Австралии, где иммиграция легализована на основе балльной системы. Когда имеющие более высокий уровень образования, квалификации и обладающие востребованными профессиями получают заведомые преимущества при иммиграции.
Сейчас во главу угла часто ставят знания русского языка, что на самом деле является не лучшим критерием. К тому же система контроля за сдачей экзаменов сильно коррумпирована и быстро исправлена быть не может. Знание языка важно, но обучать языку можно уже после того, как иммигрант приехал в Россию, потребовав от него в обязательном порядке проходить специальные курсы. Кроме того, для поощрения уже русскоязычной иммиграции следует резко поднять уровень подъёмных и пособий, которые выплачиваются соотечественникам при переезде в Россию. В настоящее время на выделяемые деньги невозможно начать новую жизнь.
Текст подготовил: политолог Георгий Бовт
Озвучил: Михаил Волков
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
