В чём причина антиэлитных молодёжных революций в Азии
Молодёжные бунты и восстания – явление в истории не новое. Восставала французская молодёжь в 1968-м, аргентинская в 1969-м, греческая в 1973-м, не говоря о том, что во всех бунтах, восстаниях и революциях молодёжь играла решающую роль. Однако волна протестов в странах Азии, перерастающих в революции – явление совершенно новое.
Все прежние молодёжные бунты либо инспирировались молодёжными формированиями исторических партий (перонисты и троцкисты в Аргентине, коммунисты в Греции), либо вдохновлялись идеями, выдвинутыми отнюдь не юными идеологами (Мао Цзэдун, Че Гевара). При этом «исторические» молодёжные восстания почти никогда не имели конкретных поводов, а начинались после соответствующего решения молодёжных лидеров, решавших, что настала пора действовать (исключением можно считать восстание «Кордобасо» в Аргентине в 1969-м, поводом к которому стал запрет правительства носить девушкам мини-юбки и джинсы, а юношам – длинные волосы).
Ряд западных экспертов полагает, что молодёжные протесты в азиатских странах направлены против олигархических кланов и наследования власти при формально республиканской форме правления. В этом есть зерно истины: свергнутая Хасина – дочь основателя Бангладеш Муджибура Рахмана. При этом взбунтовавшаяся молодёжь не поддержала её злейшего врага, лидера Националистической партии Халиду Зию: она – дочь генерала Зиаура Рахмана, командующего «мукти-бахини» – партизанской армией, восставшей против пакистанского господства, и ставшего вторым президентом Бангладеш. Молодые бангладешцы выдвинули на пост премьер-министра Нобелевского лауреата Мухаммада Юнуса, ни к какой партии не принадлежавшего и в правящие кланы не входившего.
В Индонезии президент Прабово Субианто – бывший зять бывшего диктатора Сухарто, а вице-президент Джибран Ракабуминг Рака – сын экс-президента Джоко Видодо. На Филиппинах правит Фердинанд Маркос-младший – сын Фердинанда Маркоса, управлявшего страной в 1965-1986 годах. Это не вызывает восторга у жителей этих стран, но в Индонезии и на Филиппинах, несмотря на жестокие уличные столкновения, власть устояла. Политические династии управляют также Камбоджей, Лаосом и Таиландом, но там молодёжных выступлений не наблюдается. Похоже, дело всё-таки не в недовольстве наследственным правлением, или не только в нём.
В Бангладеш молодёжь восстала из-за закона, предоставлявшего право детям и внукам (!) «мукти-бахини» занимать государственные должности, то есть она возмутилась попыткой превращения политической элиты в правящее сословие. В Индонезии студенты вышли на улицы, возмущённые жилищными субсидиями для парламентариев, в 10 раз превышающими размеры МРОТ. Непальцы громили правительственные здания и дома политиков, протестуя против запрета социальных сетей, играющих в жизни молодёжи гораздо большую роль, чем для «стариков». А восточнотиморская молодёжь взбунтовалась против закона о пожизненной пенсии для парламентариев.
То есть в этих странах молодёжь вывело на улицы недовольство элитой как таковой, пытавшейся узаконить свои привилегии при том, что граждане этих стран остаются бедными. При этом, хотя молодые бунтовщики Филиппин, Ладакха и Мадагаскара используют тот же символ, что и непальские и индонезийские – пиратский флаг из японской манги One Piece – причины их бунта другие. В Ладакхе это возмущение бесправием жителей региона, на Филиппинах и Мадагаскаре – недовольство дикой коррупцией, из-за которой экономика буксует, народ живёт в нищете, а элита богатеет, причём демонстративно.
В Индонезии, на Филиппинах и Восточном Тиморе революций не произошло, но мятежная молодёжь своих целей добилась: индонезийские парламентарии лишились жилищных субсидий, их восточнотиморские коллеги – пожизненных пенсий, а на Филиппинах начались масштабные расследования коррупционных дел. Молодёжные революции в Азии направлены против коррупции и вседозволенности элиты, пытающейся узаконить себя в качестве сословия. Поэтому молодёжь и не откликается на призывы политических партий: она не намерена менять мир, как их европейские и латиноамериканские предшественники полувековой давности. Их революции можно назвать корректирующими: не покушаясь на основы общественного строя, они пытаются устранить перекосы и выдавить гнойники, паразитирующие на обществе. Пока этим революциям, даже если они так и не начались, это удаётся.
Текст подготовил: историк, политический аналитик Евгений Трифонов
Озвучил: Михаил Волков
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
