В поисках идентичности: как России стать равнодушной к коллективному Западу
Словом «цивилизация» начали обозначать определённый общественных уклад, который сложился в европейском обществе. В современном мире цивилизацией называют политическую субъектность, которая превышает по охвату национальную, но уступает общечеловеческой, сообщил сайт Expert.ru.
Объединяющей основой для неё уже становится не та или иная культурная специфика, а политическое единство. При этом речь идёт не о блоковом объединении по аналогии с НАТО, а о неформальной общности, которая претендует на глубинную историческую онтологию. По этой причине под этот термин попадает не Запад сам по себе, а именно коллективный Запад.
О появлении политической субъектности и общей воли европейских стран писали в XIX веке русские славянофилы. К примеру, Фёдор Тютчев считал, что коллективный Запад появился после раскола церквей. По мнению писателя, восставший против вселенской Церкви Папа Римский узурпировал права на Римскую империю и поделил их с Императором Запада.
Пётр Чаадаев имел другую точку зрения, называя датой рождения коллективного Запада Крымскую войну. Именно тогда выразилась общность европейских стран и их нацеленность на общее будущее. В своих сочинениях Чаадаев писал, что в войне Россия имеет дело не с Францией или Англией, а с цивилизацией в её полноте. Также он предполагал, что так называемый “авангард Европы” в лице Франции и Англии будет держать на положении “провинций” остальную часть континента.
В дальнейшем многие русские философы совмещали эти трактовки о происхождении коллективного Запада. Но были и люди, которые продолжали настаивать на принципиальном различии этих двух версий. В целом, русская философия того времени ориентировалась на необходимость возвращения к изначальной точке раскола Запада и Востока. Об этом говорили Фёдор Достоевский и Владимир Соловьёв. По мнению последнего, для объединения Европы коллективному Западу понадобится включить в свой состав Россию и Германию, так как Европе была нужна новая христианская метафизика, которую могло бы родить славянство.
Опасным может оказаться и стремление разрушить коллективный Запад. Поэтому в сложившейся ситуации наиболее адекватным выходом является воспитание в себе “цивилизационного равнодушия”. Россию не должно волновать происходящее на Западе, как Китай не волнуют обвинения в притеснении уйгуров или ограничение свободы слова в арабских странах. Российским гражданам не следует возмущаться русофобией. Страна должна по полной заняться собой, не пытаясь взглянуть на себя европейским взглядом. Именно таким образом получится наполнить собственный суверенитет цивилизационным содержанием.
