Витрина технологий: что стоит за лунной программой Роскосмоса
После неудачи миссии «Луна-25» в 2023 году, когда аппарат потерпел крушение из-за сбоя в системе управления, программа была пересобрана. Акцент сместился с одиночных запусков на серийный и поэтапный подход – проверенную ещё в советское время модель, от которой ранее отказались из-за стоимости, но к которой теперь вынужденно возвращаются.
Следующей миссией станет «Луна-26», запланированная на 2028 год. Это будет орбитальный аппарат без посадки, предназначенный для длительной работы на орбите Луны, в том числе на гало-орбите. Его задача – создание устойчивой научной и навигационной базы для последующих миссий. Это важный, но промежуточный этап: он не компенсирует провал «Луны-25», однако создаёт фундамент для дальнейших шагов.
Основная ставка делается на посадочные миссии «Луна-27А» и «Луна-27Б». Решение строить сразу два аппарата – основной и резервный – выглядит прагматично, так как посадка на Луну остаётся одной из самых сложных задач в автоматической космонавтике. Один аппарат должен сесть в районе южного полюса, где зафиксированы залежи водяного льда, второй – в приполярной зоне северного полюса или на обратной стороне Луны. Каждая станция понесёт примерно 50 килограмм научной аппаратуры и буровое оборудование для работы с реголитом.
Возвращение образцов на Землю предусмотрено только в миссии «Луна-28», которую планируют подготовить к 2034 году. До этого момента ключевым элементом программы станет «Луна-29» – орбитальный аппарат-ретранслятор. Его роль аналогична китайскому «Цюэцяо»: обеспечение устойчивой связи с аппаратами на поверхности и на обратной стороне Луны.
Центральным элементом всей программы становится совместная с Китаем Международная научная лунная станция. В неё войдут три российских посадочных модуля КА-ЛЭС – экспериментальный, инфраструктурный и энергетический. Проект предполагает глубокую технологическую интеграцию, жёсткую синхронизацию сроков и разделение функций между сторонами.
Критика лунной программы – дело привычные. Чаще всего звучит аргумент, что ресурсы разумнее направить на спутники связи и дистанционного зондирования Земли. Однако межпланетная программа в общем бюджете Роскосмоса остаётся сравнительно компактной и не является источником ключевых финансовых проблем отрасли. Зато она формирует компетенции, которые невозможно наработать в прикладных проектах.
Финальной точкой программы должна стать миссия «Луна-30», запланированная на 2036 год. Она предполагает доставку двух средних луноходов, способных работать в связке и перевозить модули лунной станции массой до 18 тонн. И это уже не разведка, а переход к инфраструктурному освоению.
