Возможен ли треугольник Москва-Тегеран-Пекин
Главным содержанием экономических переговоров станет «доработка механизмов» подписанного в 2021-м всеобъемлющего соглашения о сотрудничестве сроком на 25 лет. Оно давно уже вступило в стадию реализации, однако именно в его рамках пока не было заключено никаких крупных контрактов. Прежде всего потому, что Иран остаётся под жёсткими санкциями США, которые Китай не спешит нарушать. Тегеран никогда не раскрывал в подробностях содержание этого соглашения, как и аналогичного соглашения сроком на 20 лет с Россией. В связи с чем в Иране находятся критики обоих документов: мол, власти «распродают страну».
Впрочем, Китай инвестировал в иранскую экономику ничтожно мало – всего 162 миллиона долларов за время президентства Раиси. Это даже меньше, чем вложения Афганистана и Турции. В то же время КНР остаётся крупнейшим торговым партнером Ирана: годовой объём иранского экспорта в Китай превышает 12 с половиной миллиардов долларов, а импорт приближается к 13-ти. В прошлом году ирано-китайская торговля выросла на 43 процента, при этом Поднебесная заняла первое место в иранском экспорте и второе по импорту. Для сравнения, весь прошлогодний взаимный товарооборот России с Ираном составил менее пяти миллиардов долларов.
Китай продолжает покупать нефть у Ирана, несмотря на американские санкции, однако точные объёмы и цены стороны не раскрывают. По некоторым данным, экспорт нефти из Ирана в Китай в последнее время заметно вырос, составляя, таким образом, конкуренцию России.
Китай также является подписантом ядерной сделки с Ираном 2015 года, наряду с Россией, США, Великобританией, Францией и Германией, из которой Вашингтон в одностороннем порядке вышел в 2018-м. Тегеран хотел бы вернуться в соглашение, дабы снять часть санкций, но на кардинальные уступки Штаты идти не хотят. Возможно, теперь Иран добивается китайской поддержки в этом вопросе.
Есть проблемы, осложняющие отношения. Например, в декабре прошлого года в МИД Ирана был вызван посол Китая в Тегеране, чтобы выразить «сильное недовольство». Это случилось после того, как Си Цзиньпин выступил с противоречивым совместным заявлением с лидерами стран Совета сотрудничества стран Персидского залива. В нём, в частности, ставилась под сомнение принадлежность Ирану трёх островов в Ормузском проливе, на которые претендуют также Объединенные Арабские Эмираты. Некоторые наблюдатели в связи с такими действиям китайского лидера, стремящегося установить прочные связи с богатыми нефтью монархиями Персидского залива, сделали предположение, что отношения между Тегераном и Пекином переоценены. Мол на самом деле дружба с Ираном служит для КНР лишь разменной монетой при заключении сделок с Саудовской Аравией – злейшим региональным противником Ирана.
В то же время Пекин и Тегеран хотят совместно противостоять западным санкциям там, где это не нарушает их собственных интересов. Теоретически, в перспективе можно было бы говорить о создании некоего треугольника Пекин-Москва-Тегеран. Этому отчасти могло бы поспособствовать вхождение Ирана в БРИКС, которое Китай поддерживает. Но надо учитывать, что Пекин не любит связывать себя жёсткими многосторонними международными обязательствами и предпочитает блюсти только свои интересы.
Текст подготовил: политолог Георгий Бовт
Озвучил: Михаил Волков
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
